Украинский проект как геополитическая и экономическая ошибка Запада

1
704

Наш постоянный автор, доктор филос.наук, С.Р. Аблеев, прислал на наш сайт весьма актуальную статью, которая недавно вышла в журнале «Вестник экономической безопасности». В статье анализируются  геополитические и идеологические причины сегодняшнего российско-украинского конфликта, и многим, думается, она будет интересна, во всяком случае как информация для размышления.

После неожиданного крушения СССР в 90-е годы ХХ столетия у коллективного Запада возникли два альтернативных варианта или стратегии дальнейшего развития своих отношений с Россией как государством и Русским миром как определённым культурным содружеством народов. Первый – это широкое равноправное сотрудничество, построение единой (как минимум европейской) системы безопасности, формирование общего экономического пространства от Атлантического до Тихого океана. Это был во всех отношениях наилучший вариант с точки зрения разумной политической прагматики и реальных социально-экономических перспектив.

Российские либеральные элиты 90-х годов очень рассчитывали на этот благоприятный вариант развития отношений и даже почти не сомневались в его реализации в самом ближайшем будущем. Фактически отношения с коллективным Западом с начала 90-х годов до 2007 года выстраивались в контексте ожидания такого взаимовыгодного экономического сотрудничества и политического взаимопонимания. Российские реформаторы полагали, что все «идеологические барьеры» и «железные занавесы» наконец падут и Россию добродушно примут как равноправного партнёра в мировое сообщество демократически и технологически развитых государств. Более того, она найдёт своё место в мировой системе разделения труда на основе принципов честной конкуренции и развивающейся глобализации.

Однако Запад выбрал другую стратегию построения отношений с Российской Федерацией – так называемую «политику сдерживания России», которая сначала осуществлялась негласно, тонко и завуалировано. А после 2008 года – уже публично, демонстративно и даже грубо. Такая политика фактически предписывала России статус подчинённой социально-экономической резервации, зависимой квази-колонии, политически управляемой кукольной демократии без реального суверенитета и собственных интересов. По этому варианту Россия должна была смиренно поставлять в Европу и Америку дешёвые природные ресурсы, не стремиться к развитию наукоёмких технологий и высокотехнологичных производств, следовать западным ценностям, позволять окружать себя военной инфраструктурой НАТО, не претендовать на восстановление единого политического, экономического и культурного пространства, в которое входили республики бывшего СССР.

Необходимо констатировать, что данная стратегия Запада вполне успешно осуществлялась на протяжении всего постсоветского периода развития нашей страны. И, в частности, постоянное расширение блока НАТО на Восток в сторону российских границ есть лишь малая и не единственная часть этого грандиозного, многоаспектного, завуалированного благообразной политической риторикой Плана обуздания и сдерживания «российского Медведя». Причём около двадцати лет после деструкции СССР всё шло довольно гладко и тихо, так как российская политическая система не рефлексировала эту проблему и почти не реагировала на лукавую стратегию Западного мира. Переломным рубежом, как известно, явилась Мюнхенская конференция по безопасности 2007 года, где Президентом РФ были недвусмысленно обозначены негативные стороны однополярного мира и обоснованные опасения России за свою безопасность. Тогда В.В. Путин в своём докладе прямо назвал вещи своими именами: однополярный мир фактически предполагает только один центр власти, один центр силы и один центр принятия решений. Сложившаяся ситуация содержит весьма реальные угрозы не только для России, но и для всего человечества.

Таким образом, как только Россия начала активно сопротивляться укреплению монополярного мира и продвижению стратегии Запада по сдерживанию РФ (Грузинский конфликт 2008 года, признание независимости Абхазии и Южной Осетии в 2008 году, твёрдая позиция по Украинскому государственному перевороту 2014 года, защита населения Крыма с последующим признанием итогов референдума о его вхождении в состав РФ, военная и дипломатическая поддержка Сирии против агрессии исламских боевиков и США, последовательное дипломатическое и экономическое содействие ДНР и ЛНР после 2014 года) – тут же последовала резкая реакция коллективного Запада во главе с США. После всех этих событий в глазах политической элиты Америки и Европы российское государство становится уже не полу-партнёром или «младшим братом», но явным враждебным противником, которого необходимо поставить на место политическими, экономическими, идеологическими, информационными, а если потребуется и военными средствами.

Вот так в общих чертах выглядит реальный геополитический фон, на котором надо рассматривать так называемый «Украинский проект» Запада. В долгосрочном стратегическом Плане противодействия России Украина своими западными кураторами всегда воспринималась как проходная фигура, разменная монета или даже козырная карта (в зависимости от точки зрения) в большой геополитической игре за доминирование в Евразии и на всём планетарном пространстве в новом тысячелетии. В этом контексте следует обратить особое внимание на евразийский аспект геополитических амбиций Вашингтона, которые вовсе не заканчиваются на границах Украины.

Некоторые современные европейские авторы (Ф. Виелмини [1, с.70]) не без оснований отмечают, что американская внешняя политика в конце ХХ и начале ХХI столетий развивается в концептуальном фарватере популярной на Западе теории британского геополитика Хэлфорда Маккиндера [2]. Как известно, уже в начале ХХ века он предписывал стратегическое значение географическому пространству так называемого Хартленда – центральной части Евразийского континента, к которой, кстати, относил не только Центральную Азию и Сибирь, но и Восточную Европу. В одной из своих известных работ («Демократические идеалы и действительность») Маккиндер предельно чётко сформулировал своё представление о линиях детерминации мирового господства: «Кто контролирует Восточную Европу, тот командует Хартлендом; кто контролирует Хартленд, тот командует Мировым островом; кто контролирует Мировой остров, тот командует миром» [3, с.134].

Весьма существенную роль в Восточной Европе, безусловно, играет Украина, которая в этой схеме в силу своего географического и социально-политического положения приобретает решающее значение. Как полагал Маккиндер, она должна быть отделена от России подобно другим пограничными (лимитрофным) государствам и не иметь фактической самостоятельности. Иными словами, всем этим государствам предписывался марионеточный статус. Они должны были выступать политическим барьером или буферной зоной между Россией и Европой, особенно между Россией и Германией, союзнические отношения между которыми для британской элиты были недопустимы [4, с.22].

Таким образом, по оценкам британских и американских аналитиков если Россия потеряет влияние на Украину и другие бывшие советские республики, то её евразийский имперский потенциал будет сильно подорван. Она не сможет контролировать Евразию. Разделение России и Украины в таком случае приобретает уже не частное европейское, но общее геополитическое значение.

Судьба украинского народа в этой глобальной игре политический истеблишмент США и Европы, разумеется, не интересовала. Так было в начале ХХ века. И ничего не изменилось в начале XXI века. Неужели в Вашингтоне и Брюсселе не понимали, что в результате государственного переворота 2014 года они сместили законно избранного Президента страны, нарушили хрупкий консенсус политических элит и привели к власти в Киеве бандеровских ультранационалистов и украинских неонацистов? Вне всяких сомнений это было понятно изначально.

Более того, именно в этом и состоял замысел наконец-то осуществлённой манипулятивной политтехнологии «оранжевой революции» и «майданной демократии», в которые Государственный департамент и спецслужбы США в течение двадцати лет вложили весьма немалые финансовые средства и организационные усилия. Украина изначально рассматривалась как специальное геополитическое орудие или даже как сокрушительный таран против России. Новая Украина формировалась под влиянием бредовых идеологических мифов и конструировалась как «Анти-Россия» – в сущности агрессивная политическая химера, способная втянуть реальную Россию в деструктивные процессы социально-политической, экономической и этнической турбулентности.

Именно в этом видели её историческое предназначение вашингтонские политтехнологи, вопреки наивным фантазиям украинских лидеров о каком-то самостийном значении новой Украинской державы для Европы и даже для всего мира. Далеко не секрет, что о прикладной или утилитарной роли оголтелого украинского национализма в геополитических стратегиях Запада не раз вполне открыто рассуждали европейские и американские идеологи как в XIX-XX столетиях, так и в начале XXI века.

Вот, например, уместно вспомнить весьма недвусмысленное откровение патриарха американской геополитики Збигнева Бжезинского из его известной книги «Великая шахматная доска…» (1997): «Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само её существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Без Украины Россия перестаёт быть евразийской империей» [5, с.54].

Оказывается, настоящая цель большой геополитической игры США на постсоветском пространстве в конечном счёте есть ослабление и поражение России, имперский потенциал которой уже более сотни лет пугает американскую политическую элиту. Поэтому пришедшим к власти на Украине радикальным националистам на самом деле отводилась незавидная роль «бешеных псов» либеральной демократии, которые должны были идеологически мотивированно рвать культурную плоть Русского мира и его «поганых москалей».

Подобная стратегия уже применялась европейскими лидерами накануне Второй мировой войны, когда в качестве подобных «бешеных псов» против СССР попытались использовать отформатированные нацистской идеологией дивизии гитлеровской Германии. Тогда в Европе многие тоже наивно думали, что немецкие нацисты обратят свою агрессию исключительно на Восток, и она почти не затронет пространство Старого Света. Однако всё пошло по другому сценарию. И эта злобная дипломатическая игра закончилась тотальным поражением Европы и геополитическим усилением двух главных победителей Второй мировой войны – СССР и США.

Такова вся геополитическая и экзистенциальная сущность Украинского проекта Запада, если развеять плотный идеологический туман и убрать псевдодемократические ширмы, которыми американские и европейские лидеры пытаются скрыть от массового сознания подлинные ландшафты политической реальности и скрытые цели своих замыслов. В этой связи надо признать, что некоторые светлые умы в Европе вполне понимали, что осуществляемая стратегия Запада по отношению к России (расширение НАТО и антироссийское форматирование Украины) есть серьёзная, если не фатальная ошибка. Например, об этом говорили отдельные немецкие депутаты в Бундестаге. Конечно, они были совершенно правы: Вашингтону и Брюсселю не следовало игнорировать интересы России, усиливать экспансию НАТО и создавать ненужное политическое напряжение между Западом и Россией. Ведь никакой реальной военной угрозы для Европы, тем более для Америки со стороны Русского мира не существовало. Однако голос таких политиков почти никто не слышал и не принимал во внимание.

Таким образом, Специальная военная операция России на Украине в 2022 году явилась прямым следствием неконструктивной, недружественной, агрессивной политики США и Европы в отношении РФ. Могла ли Россия отказаться от военного решения украинской проблемы? Многие на Западе, и некоторые авторы в России говорят, что могла и должна была так сделать. Но этот вопрос поставлен неправильно. На самом деле вопрос стоит иначе: могла ли Россия безучастно смотреть на убийства русского населения Донбасса, допустить втягивание Украины во враждебные военные блоки, согласиться с разработкой бактериологических средств массового поражения на своих границах, не возражать против появления ядерного оружия на критическом расстоянии от своих рубежей и в конечном счёте подорвать свою безопасность?

Необходимо также принять во внимание, что политическое руководство России отчаянно пыталось в течение нескольких месяцев (до февраля 2022 года) решить эту обостряющуюся проблему дипломатическим путём. Однако все усилия оказались тщетны. Никто в Вашингтоне и Брюсселе не собирался принимать в расчёт тревогу России о собственной безопасности и решать этот вопрос на паритетных началах. Диалог коллективного Запада с Россией выглядел как переговоры Метрополии с одной из своих Колоний.

Поэтому вся обозначенная проблематика должна рассматриваться совершенно в другой системе координат. Не только среди политической элиты, но и в широких кругах российского общества под давлением коллективного Запада наметился резкий рост национального самосознания и на передний план стали выходить весьма непростые и острые вопросы. Мы соглашаемся с нарастающим геноцидом русского населения в Донбассе и во всей Украине или нет? Мы воспринимаем Россию как резервацию для людей второго сорта или как Великую Державу, способную отстаивать свои интересы и ставить грандиозные цели по собственному развитию? Наше государство является суверенным или представляет собой политический кукольный театр, заказные спектакли в котором разыгрывают влиятельные кукловоды из-за Океана? Очевидные ответы на подобные вопросы предопределили довольно существенную поддержку в российском обществе непростого решения Президента РФ по купированию угроз с украинского направления.

Историческая трагедия Украины состоит в том, что она так и не достигла политической зрелости, не смогла осознать все преимущества нейтрального статуса своей государственности и выбрать в качестве стратегии своего дальнейшего развития прагматичную формулу геополитического Моста между Евразией и Европой [6, с.9]. Это вполне могли и должны были понять политические и культурные элиты постсоветской Украины. Ведь речь вовсе не шла о включении Украинского государства в состав Российской Федерации. Москва уже давно согласилась с «самостийным» политическим существованием своего соседа (на самом деле своих отделённых территорий). Речь шла об адекватном геополитическом принципе взаимодействия двух стран и народов, который позволил бы снять все возникшие в прошлом напряжения и установить долгожданное равновесие интересов.

Принцип или формула геополитического Моста как раз и предполагала такое равновесие. Это есть сбалансированное экономическое взаимодействие с Европой и Россией. Это есть внеблоковый (нейтральный) военный статус Украинского государства. Это есть реально независимая («незалежная») от Запада суверенная демократия. Наконец, это есть культурное содружество и духовная синергия, закрепляющая равные права исторически близких украинского и русского этносов на территории Украины, в том числе и два государственных (родственных) языка.

Можно даже не сомневаться, что при последовательном осуществлении такого геополитического и социокультурного курса Украина могла бы стать одной из самых развитых и влиятельных стран Европы. Ведь в наследство от СССР она получила огромные географические территории (которые ей никогда не принадлежали), высоко развитую промышленность, богатые природные ресурсы, выход к Чёрному морю, сильную науку и систему образования, существенный демографический потенциал.

Однако курс на нейтральный статус оказался невозможен. И эта ситуация явилась вовсе не игрой слепого случая, но была детерминирована вполне объективными причинами. Во-первых, украинское общество так и не смогло излечиться от исторической язвы радикального национализма, которая обострилась на рубеже ХХ и ХХI столетий. Во-вторых, украинские элиты не смогли избежать наивных прозападных иллюзий, которые, надо признать, были сильны практически во всех бывших советских республиках. В-третьих, геополитическая стратегия США по идеологическому подрыву братских отношений России и Украины и формированию из последней универсального орудия против Москвы, к сожалению, оказалась вполне успешной. В-четвёртых, невозможно не отметить и определённые просчёты внешней политики России, которая долгое время предоставляла Украине необоснованные экономические преференции на фоне неурегулированных межгосударственных проблем и явно националистического и вместе с тем прозападного курса своего соседа.

Дополнительную существенную сложность создавали ошибки в государственном и культурном строительстве советских лидеров, которые своими волюнтаристскими решениями в угоду текущей политической ситуации неоправданно и недальновидно передавали исторически российские земли в состав административных границ Украинской советской социалистической республики (Донбасс, Крым и др.), а также осуществляли политику насильственной украинизации широких слоёв русского населения, проживавшего на территории УССР.

Тогда многим казалось, что новое территориальное деление не имеет существенного значения, ведь все республики находились в составе единого Советского Союза. Однако после деструкции СССР статус этих территорий приобрёл уже не формально административный, но реально геополитический характер. Таким образом эти спорные земли явились средоточием острых межнациональных и политических проблем, которые при ином развитии событий (нахождении их в составе РФ) с высокой долей вероятности удалось бы избежать. И это оказались не просто абстрактные проблемы. Это трагически потерянные человеческие жизни, драматически искалеченные судьбы, разрушенные города и разорённые предприятия, гуманитарная катастрофа. Такова оказалась историческая цена ошибок советских политических лидеров.

В России и в других странах политические элиты и народные массы должны наконец осознать реальные причины современного обострения социально-экономических проблем и военных конфликтов. Они напрямую связаны с неконструктивной политикой США и их союзников в Британии и континентальной Европе. Это политика монополярного мира и экономического доминирования исключительно Нового и Старого Света, то есть так называемого Атлантического партнёрства. Хотя и здесь между Америкой и Европой нет никакого равенства. Наивные и безвольные европейские бюргеры теперь фактически соглашаются со своим подчинённым положением относительно политической и экономической гегемонии Вашингтона. Но это, как говорится, не наша проблема. Если в Берлине, Париже и Риме согласны на роль экономических аутсайдеров и политических вассалов Белого Дома, то это есть собственный исторический выбор европейских народов. Тем хуже для стареющей Европы, которую теперь не только политически третирует «американский Дядя Сэм», но и экономически подавляют голодные «азиатские Тигры».

Итак, главные причины возникающих обострений состоят в попытках Запада сохранить своё уходящее мировое доминирование всеми возможными, даже совершенно недопустимыми средствами. Китай воспринимается как главная экономическая угроза. Но Россия в глазах Америки и Европы расценивается как угроза более серьёзная. Ведь она является единственной страной в мире, которая способна в военном смысле гарантированно сокрушить любое западное государство по отдельности или в полном составе всего коллективного Запада. И если некоторые самонадеянные американские и европейские политики это не совсем понимают, то кадровые генералы Пентагона рассматривают этот вопрос без всяких розовых иллюзий.

Однако на самом деле проблема России упирается не только в военную мощь и некоторую экономическую конкуренцию американским и европейским корпорациям в отдельных сферах бизнеса (энергетика, продукция оборонного назначения, металлургия, химическая промышленность, продукты питания и др.). Русский мир – это, прежде всего, геополитический, аксиологический и метаисторический противник Западного мира. Полагаю, что вовсе немногие идеологи на Западе рационально рефлексируют эту проблему во всей её полноте. Однако на неосмысленном или бессознательном уровне она представляет собой устойчивый архетип массового сознания в Америке и Европе, который, безусловно, имеет под собой вполне реальные основания.

Россия – это не просто большое географическое пространство с огромными природными ресурсами. Россия — это, прежде всего, культурное пространство высокой пассионарности, которое должно явиться синергетическим аттрактором (точкой начала взрывной самоорганизации) принципиально новой Евразийской цивилизации. Её формирование в политическом, экономическом и даже ценностном смыслах неизбежно завершит эпоху доминирования Западного мира. И уже вскоре он вынужден будет либо встраиваться в многополярное социокультурное пространство нового мира (причем вовсе не на своих условиях), либо сойти с исторической арены в экзистенциальное небытие.

Главным экономическом конкурентом США сейчас становится Китай. В Америке это хорошо понимают и пытаются как-то затормозить развитие КНР. Но Китай без России не сможет заложить основы Евразийской цивилизации нового типа и бросить открытый вызов Западному миру. И дело здесь вовсе не в экономических достижениях Китая и военном потенциале России. Китай, как правило, был чрезмерно меркантилен и не слишком решителен в отношениях с иными влиятельными государствами и их альянсами. Эта стратегия в истории давала ему как определённые выгоды и преимущества, так и определённую слабость и даже поражения. Например, в период Опиумных войн ХIX века, когда Китайская империя не смогла дать достойный отпор европейским колонизаторам. Такова сложная диалектика архетипов национального духа и противоречивое соотношение принципов Ян и Инь в традиционном китайском менталитете.

Поэтому открытый вызов Западному миру из всех современных государств и народов может бросить только Россия и российский супер-этнос. Реакция государства российского на украинскую провокацию Запада после 2014 года, тем более после начала Специальной военной операции в 2022 году является недвусмысленным подтверждением приведённого выше суждения. В Америке и Европе, разумеется, всё это довольно ясно понимают. Поэтому «политика сдерживания» России в начале XXI столетия приобретает всё более изощрённые и агрессивные формы. Вплоть до прямых поставок тяжелого вооружения безответственным политическим режимам, готовым пожертвовать своим народом и государством ради чужих геополитических амбиций.

Однако уже сейчас многие серьёзные эксперты, в том числе европейские и американские, прогнозируют крайне тяжелые последствия выбранной Западом стратегии взаимодействия с Россией для своих экономик и политических систем. Нарастающую сейчас экономическую рецессию в Европе и углубляющиеся финансовые проблемы в Америке в данном случае надо рассматривать не как конечный итог геополитической ошибки Запада, но лишь как начало глобальной, лавинообразной трансформации Западного мира, в результате которой он неизбежно потеряет свой высокий экономический потенциал, безусловную политическую гегемонию и моральный авторитет.

                                            Список источников                             

  1. Виелмини Ф. Роль теории Маккиндера в нынешнем стратегическом развёртывании США в Евразии: проблемы и перспективы // Центральная Азия и Кавказ. 2005. № 4 (40).
  2. Маккиндер X. Дж. Географическая ось истории // Полис. Политические исследования 1995. № 4.
  3. Маккиндер X. Дж. Демократические идеалы и реальность // Полис. Политические исследования. 2011. № 2.
  4. Курылёв К.П. Украина в западных геополитических концепциях // Вестник РУДН. Серия: Международные отношения. 2013. № 4.
  5. Бжезинский З. Великая шахматная доска: господство Америки и её геостратегические императивы / Пер. с англ. – М., 2021.
  6. Аблеев С.Р. Европа и Евразия: проблема цивилизационного разлома // Философские исследования и современность: Выпуск 9. – М., 2020.

Текст статьи публикуется по изданию: Аблеев С.Р. Украинский проект как экономическая и геополитическая ошибка Запада // Вестник экономической безопасности. 2022. №6. С. 271-276.

Показать похожие записи
Еще от Редакция cайта
Еще в Анонс

Смотрите также

Архив ТВ «Катунь: интервью с Г.Г. Майоровым (1999 г.)

Архивное видео с конференции «Алтай-Космос-Микрокосм» 1999 года: интервью А.В. Иванова с Г…